
Таша Хейриддин из National Post пишет, что история с Венесуэлой — это не просто очередной кризис, а наглядное доказательство того, чего на самом деле добивается Дональд Трамп. И Марку Карни стоит внимательно это прочитать.
Николас Мадуро — в тюремной камере в Нью-Йорке. Трамп — в позиции силы в Вашингтоне. А Карни — на канате в Оттаве, пытаясь выстроить отношения с союзником, который всё чаще ведёт себя как геополитический хищник.
Сегодня Каракас, завтра — Гренландия. Автор считает, что сомнений почти не осталось: Трамп ускоренно закрепляет доминирование США в Западном полушарии. Для Канады это означает прямые и неприятные последствия.
Формально Белый дом объясняет операцию в Венесуэле четырьмя целями: доступ к нефти, борьба с наркотрафиком, ограничение нелегальной миграции и «восстановление демократии». Первые три пункта напрямую касаются Канады. Венесуэльская нефть конкурирует с канадской тяжёлой нефтью, а аргументы про наркотики и миграцию уже использовались Трампом для давления и тарифных угроз в адрес Оттавы.
Пьер Полиев отреагировал ожидаемо — потребовал срочно ускорить строительство трубопроводов к Тихому океану, чтобы снизить зависимость от США. Правительство, со своей стороны, рапортует об усилении границы и борьбе с контрабандой: более тысячи фунтов фентанила перехвачены, нелегальные переходы в США сократились почти на 98%.
Но, по мнению Хейриддин, всё это — вторично. Настоящая причина действий Трампа — вытеснение чужих держав из «американского двора». Это логика доктрины Монро в версии XXI века: никакого Китая, Ирана и России в Латинской Америке.
Каракас давно стал узлом их интересов. Китай скупает большую часть венесуэльской нефти, иранские структуры используют наркоторговлю для финансирования прокси-групп, а Москва оформила с режимом Мадуро стратегическое партнёрство. Устранение Мадуро обрывает эту связку — особенно болезненно для Пекина, который уже стал главным торговым партнёром Южной Америки.
Отсюда и главный вывод для Оттавы: если это реальная стратегия США, Канаде пора заняться тем, что она десятилетиями откладывала — системным подавлением иностранного влияния внутри страны.
Автор напоминает: Пекин годами вмешивался в выборы, выстраивал «элитный захват» и давил на китайскую диаспору. Иранские представители действовали в Канаде почти без ограничений, запугивая эмигрантов и разжигая ненависть. Российские сети работали против поддержки Украины — прямо на канадской территории.
Первые признаки реакции есть: опубликованы правила реестра иностранного влияния со штрафами до миллиона долларов. Но этот механизм запоздал на годы.
Карни не грозит ночной рейд спецназа. Зато ему грозит экономический рычаг Трампа. В этом году под пересмотром — CUSMA, соглашение, благодаря которому 85% канадского экспорта в США идёт без пошлин. Потеря этого щита ударит по экономике сильнее любой дипломатической ноты.
Хейриддин пишет прямо: зачистка иностранного влияния — это не только защита суверенитета, но и способ снизить уязвимость перед американским давлением. Канада слишком долго исходила из предположения, что Вашингтон всегда будет другом. Теперь это допущение больше не работает.



