Полный перевод речи Марка Карни на Давосском форуме, которая вызвала редкую стоячую овацию в зале.

⸻

Спасибо, Ларри.

Для меня большая честь — и обязанность — быть сегодня здесь, в момент перелома для Канады и для мира. Я хочу поговорить о разрыве мирового порядка, о конце приятной иллюзии и начале жёсткой реальности, в которой геополитика великих держав больше ничем не ограничена.

При этом я утверждаю: другие страны — особенно средние державы, такие как Канада, — вовсе не беспомощны. У них есть возможность выстроить новый порядок, который будет отражать наши ценности: уважение прав человека, устойчивое развитие, солидарность, суверенитет и территориальную целостность государств.

Сила тех, у кого меньше власти, начинается с честности.

Каждый день нам напоминают, что мы живём в эпоху соперничества великих держав. Что порядок, основанный на правилах, исчезает. Что сильные делают то, что могут, а слабые терпят то, что им приходится терпеть.

Этот афоризм Фукидида подаётся как нечто неизбежное — будто естественная логика международных отношений снова берёт верх. И, сталкиваясь с этой логикой, многие страны склонны «плыть по течению»: приспосабливаться, избегать проблем, надеяться, что уступчивость купит безопасность.

Этого не произойдёт. Так какие у нас варианты?

В 1978 году чешский диссидент Вацлав Гавел написал эссе «Сила бессильных». В нём он задал простой вопрос: как коммунистическая система удерживалась у власти? Его ответ начинался с образа бакалейщика. Каждое утро тот вывешивает в витрине лозунг: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Он в это не верит. Никто в это не верит. Но он всё равно вешает плакат — чтобы избежать неприятностей, показать лояльность, не выделяться. И поскольку каждый лавочник на каждой улице делает то же самое, система продолжает существовать.

Не только за счёт насилия, а за счёт участия обычных людей в ритуалах, в ложность которых они сами не верят. Гавел называл это «жизнью во лжи». Сила системы проистекает не из правды, а из готовности всех вести себя так, будто она правдива. И её хрупкость — оттуда же: стоит хотя бы одному человеку перестать участвовать, стоит бакалейщику снять плакат — и иллюзия начинает рушиться.

Пришло время компаниям и государствам снять свои плакаты.

На протяжении десятилетий такие страны, как Канада, процветали в рамках так называемого международного порядка, основанного на правилах. Мы вступали в его институты, превозносили его принципы и извлекали выгоду из его предсказуемости. Под его защитой мы могли проводить внешнюю политику, опираясь на ценности.

Мы знали, что история о порядке, основанном на правилах, была лишь частично правдивой. Что самые сильные освобождали себя от правил, когда это было удобно. Что торговые нормы применялись неравномерно. Что международное право действовало с разной строгостью — в зависимости от того, кто обвиняемый и кто жертва.

Эта фикция была полезной. Американская гегемония, в частности, обеспечивала общественные блага: свободу морских путей, стабильную финансовую систему, коллективную безопасность, механизмы разрешения споров. Поэтому мы вывешивали плакат. Участвовали в ритуалах. И в целом предпочитали не указывать на разрыв между риторикой и реальностью. Этот договор больше не работает.

Скажу прямо: мы находимся не в переходе, а в разрыве.

За последние два десятилетия череда кризисов — финансовых, медицинских, энергетических и геополитических — обнажила риски чрезмерной глобальной интеграции.

В последнее время великие державы начали использовать саму интеграцию как оружие. Тарифы — как рычаг давления. Финансовую инфраструктуру — как средство принуждения. Цепочки поставок — как уязвимости, которые можно эксплуатировать.

Нельзя «жить во лжи» взаимной выгоды от интеграции, когда интеграция становится источником подчинения. Многосторонние институты, на которые опирались средние державы — ВТО, ООН, климатические конференции, вся архитектура коллективного решения проблем — серьёзно ослабли.