
Жилищный кризис в Канаде всё чаще превращается в конфликт поколений. Но, как пишет журналистка Джессика Барретт, именно те, кто больше всего выиграл от роста цен, могут стать частью решения.
По данным Statistics Canada, почти 95% канадцев в возрасте от 55 до 74 лет имеют хотя бы одну лишнюю спальню.
То есть:
– большие дома заняты не полностью
– молодым семьям негде жить
– рынок зажат, но жильё не освобождается
Причина не только в «жадности», а в реальности.
Переезд для пожилых людей — серьёзный стресс, который может резко ухудшить здоровье. Многие хотят остаться в своих районах, рядом с друзьями и привычной жизнью.
А альтернативы часто выглядят слабо:
– кондо неудобны для жизни
– мало места для семьи и гостей
– цены такие, что «съедают» накопленный капитал
При этом именно это поколение оказалось главным выгодополучателем.
– доступное жильё в молодости
– стабильные доходы
– рост цен на недвижимость десятилетиями
Теперь возникает парадокс: чтобы решить кризис, цены должны снизиться — а значит, ударить по накопленному богатству этих же людей.
Исследователь Пол Кершоу из University of British Columbia приводит цифры:
– в 1976 году нужно было около 5 лет, чтобы накопить на первый взнос
– в 2022 — уже 17 лет
– в Торонто и Ванкувере — до 27 лет
При этом молодые покупатели сталкиваются с дополнительными барьерами — например, стресс-тестом по ипотеке.
Даже помощь от родителей уже не спасает систему:
– 48% покупателей получают деньги от семьи
– ещё 20% — из наследства
Но это не решение, а временная подпорка.
Кризис уже меняет поведение людей:
– откладывается рождение детей
– растёт возраст первых покупателей
– люди уезжают туда, где жильё дешевле, а не туда, где больше возможностей
Кершоу считает, что выход — в договорённости между поколениями.
И логика простая:
– родители не хотят, чтобы их дети не могли купить жильё
– дети не хотят, чтобы родители теряли стабильность
Но это означает одно: часть старшего поколения должна поддержать реформы, которые ударят по системе, сделавшей их богаче.



